День 6 мая 2012 года все дальше отодвигается на периферию общественного внимания. Тем временем болотное судилище продолжается. На фотографиях с процесса я вижу все тех же давно знакомых приставов Замоскворецкого суда, почти тех же посетителей в зале, читаю привычные и давно заученные слова в материалах обвинения. Однако, если присмотреться, новый Болотный процесс кое-чем отличается от предыдущих. Как и раньше, каждому из четырех обвиняемых приписано по одному эпизоду насилия над полицейским. Но если в «процессе двенадцати» половина этих эпизодов была чистой выдумкой следователей (как в случаях Савелова, Акименкова, Зимина, Кавказского), то в нынешнем, кажется, под каждым из них есть какие-то основания. Во всяком случае, «что-то там было», есть видеозаписи, на которых обвиняемые «чего-то делают». Да они и сами не отказываются от этого. Но если Елена Кохтарева единственная готова оптом признаться во всех грехах (которые у нее невелики), то остальные сделать выводы о своей виновности отказались. А Алексей Гаскаров так и вовсе утверждает, что его действия были вызваны необходимостью и спровоцированы полицейскими. Вполне вероятно, что такую же позицию займут и остальные двое подсудимых. Во всяком случае, у них есть для этого все основания. Посмотрим, какие же.