Тема:
Страна:
Правозащитник Алексей Козлов – о трудностях правозащитной деятельности в эмиграции и о происходящем в России
Политический эмигрант, 41-летний гражданский активист из Воронежа Алексей Козлов уже три года ведет правозащитную деятельность из Германии. Он был вынужден уехать из России в начале 2013 года, после того как ему и его семье стали поступать анонимные угрозы, а Следственный комитет заинтересовался активистом в рамках "Болотного дела" – в качестве одного из подозреваемых в подготовке и организации массовых беспорядков 6 мая 2012 года. Обвинения по этому делу людям предъявляют до сих пор.
Свою гражданскую и правозащитную деятельность Алексей Козлов начал в 90-х годах с экологических акций, затем, когда их проведение стало осложняться, он и его соратники встали на защиту свободы собраний. Они создали портал article20.org, названный так в честь 20-й статьи Всеобщей декларации прав человека, которая гарантирует право на свободу мирных собраний и ассоциаций.
Алексей Козлов признается, что за весь период его правозащитной деятельности нынешнее время для гражданской активности в России – самое тяжелое. В интервью Радио Свобода Алексей Козлов рассказал подробнее о том, с такими трудностями он сталкивается, занимаясь правозащитной деятельностью в Германии, и при каких условиях он сможет вернуться в Россию:
– Мы продолжаем поддерживать наш правозащитный портал article20.org, который мы ведем с 2008 года. Сейчас он переведен на несколько языков, немецкая, английская версии достаточно хорошо развиваются. Помимо этого мы регулярно участвуем в акциях солидарности по различным темам, которые здесь проходят – и не только в связи с ситуацией с правами человека в России, преследованием активистов и так далее. С прошлого года мы занялись проектом, связанным с политической эмиграцией из России. В мае должна выйти книга об этом. Там анализ, интервью с эмигрантами. В 2013 году мы учредили немецкую организацию, которая так и называется "Солидарность с гражданским обществом России", и работаем в ее рамках.
– Я видела на сайте article20.org, что вы ежемесячно отслеживаете ситуацию с правами человека в России, и делаете это уже в течение долгого времени. Какие у вас основные наблюдения, какие заметны тенденции?
Поток эмигрантов резко увеличился после конфликта с Украиной, это именно политически мотивированные отъезды
– Наша специализация – это свобода ассоциаций и свобода собраний. Тенденции самые печальные. За последние три года как практика, так и законодательство изменились радикально в худшую сторону. Сейчас все направлено на то, чтобы предотвратить наличие независимых организаций, какого-то не санкционированного властями протеста. Очень жестко все. В законодательство о свободе собраний введена уголовная статья за неоднократное нарушение порядка проведения публичных мероприятий. Уже есть один осужденный по этой статье. А закон об иностранных агентах также подразумевает уголовное преследование руководителей организаций и разорительные штрафы. Помимо этого мы пишем про эмиграцию. Здесь можно сказать, что поток резко увеличился после конфликта с Украиной, это именно политически мотивированные отъезды: были или прямые преследования, или атмосфера стала совершенно невыносима, или был запрет на деятельность косвенный или прямой.
– Какие-то примеры можете привести, наиболее вопиющие случаи?
– Если говорить об уголовной статье за неоднократное нарушение порядка проведения – это Ильдар Дадин, который сейчас находится в заключении за три одиночных пикета. По ситуации с "иностранными агентами" есть пример Ольги Пицуновой, экологического активиста из Саратова. Человека с инвалидностью и маленькой пенсией просто лично разоряют штрафами, обкладывая не только организацию, но и ее как директора. Сейчас она уже просто не в состоянии их выплачивать. На один штраф собрали деньги, а на второй штраф уже не факт, что соберут. Стала неким "хорошим тоном" персональная диффамация руководителей организаций, которые объявлены "иностранными агентами". Тут можно сказать и о ситуации Надежды Кутеповой из Озерска, которая вынуждена была уехать и сейчас получила статус политического беженца во Франции, после того как против нее началась диффамационная кампания, которая обвиняла ее в шпионаже, в работе на ЦРУ. Были показаны ее квартира, персональные данные.