Вот и кончается процесс. Кончается так, как и выглядел все восемь месяцев, если смотреть со стороны. Кончается под нестройные крики "Свободу!" нескольких десятков неравнодушных голосов за окнами, заглушавших выступления ребят в последнем слове. Заглушавших потому, что окна в крошечном зальчике Замоскворецкого суда закрыть было невозможно, иначе наступала душегубка. Там по восемь часов в день адвокаты упирались коленками друг в друга (я вообще сидел верхом на стуле), а из зрителей едва помещалось 10-15 родственников. Кончается под монотонный, томительно-бесконечный голос Сергея Кривова, в очередной раз пытавшегося рассказать правду о Болотной. Правду, которая никому оказалась не нужна, разве что этим нескольким десяткам внизу, да и то не самой правды ради, а лишь для восполнения энергии, которую высосал из них этот бесконечный процесс: они ведь не могли пропустить ни дня, боясь оставить ребят в одиночестве.