На фоне сообщений о том, что Гульнара Каримова, дочь узбекского лидера Ислама Каримова, может угодить за решетку, новый доклад международной правозащитной организации предоставляет возможность взглянуть на ужасающую жизнь в тюрьмах Узбекистана при авторитарном режиме ее отца. В опубликованном 26 сентября докладе «Хьюман Райтс Вотч» рассматриваются дела 34 заключенных и 10 бывших заключенных, которых данная правозащитная организация считает узниками совести, брошенными в казематы по сфабрикованным обвинениям – от заговора с целью свержения Каримова до коррупции, незаконной религиозной деятельности и торговли людьми. Данные дела «проливают свет на более общие тенденции политических репрессий в Узбекистане и попытку правительства подавить широкий спектр независимой деятельности, происходящей вне рамок жесткого контроля государства», говорится в 121-страничном докладе организации под названием ««До самого конца». Лишение свободы по политическим мотивам в Узбекистане». Рассматриваемые в докладе примеры включают обстоятельства заключения в тюрьму правозащитников, политических активистов, журналистов, предпринимателей и свидетелей расстрела участников акции протеста в Андижане в 2005 году. Ташкент «судя по всему бросает за решетку практически всех, кто занимается чем-либо вне очень узких рамок государственного контроля», – заявил в разговоре с EurasiaNet.org сотрудник «Хьюман Райтс Вотч» и автор доклада Стив Свердлоу (Steve Swerdlow). Как и прочие узники в печально известных своей суровостью узбекских тюрьмах, политзаключенные содержатся в плохих условиях и подвергаются «широкому спектру нарушений прав человека»; 29 из вошедших в доклад дел включают «заслуживающие доверия обвинения в пытках или дурном обращении», говорится в докладе. В прилагающейся к докладу видеозаписи живущий ныне в США политический активист Санджар Умаров сообщает, что подвергался пыткам за отказ признаться, что якобы получил от правительства США $20 млн. на свержение Каримова. «Я отказался говорить такое и они начали меня душить, – объясняет он скрипучим голосом. – Из-за этого мой голос так и не восстановился». В 2002 году докладчик ООН обнаружил доказательства «систематического применения пыток» в тюрьмах Узбекистана. На протяжении прошедших с тех пор 12 лет Ташкент неизменно отказывал всем 11 экспертам ООН, просившим разрешение приехать в Узбекистан. Организация «Хьюман Райтс Вотч» заявляет, что в июле обращалась в Узбекистане с собранными ей данными к МВД, Минюсту, МИДу, Генпрокуратуре и спецпредставителю по правам человека, но не получила ответа. Ташкент отрицает, что содержит в тюрьмах политзаключенных и применяет к заключенным пытки. В своей эмоциональной речи в ООН в прошлом году Акмаль Саидов, директор Национального центра по правам человека Республики Узбекистан, назвал «систематическое применение пыток» «устаревшим и затасканным выражением, которое нам постоянно бросают в лицо». «Людей преследуют в судебном порядке не за политическую деятельность, а за конкретные совершенные ими преступления», – заявил он. Международный комитет Красного Креста прекратил в прошлом году посещать узбекские тюрьмы, назвав свои визиты «бесполезными», т.к. представителям комитета на позволяли проводить стандартные при подробных посещениях действия и мероприятия. Умарова отпустили под давлением международного сообщества. Но в узбекских тюрьмах по-прежнему томятся тысячи заключенных, попавших за решетку из-за своих политических или религиозных убеждений, или за то, что «в законном порядке воспользовались своими гражданскими или политическими правами», говорится в докладе «Хьюман Райтс Вотч». Точное количество политзаключенных неизвестно, но в докладе приводятся примерные оценки от 7 тыс. до 12 тыс. человек. Например, от религиозного лидера Акрама Юлдашева (осужденного в 1999 году по обвинениям в терроризме) не было вестей с 2009 года, что равносильно «насильственному исчезновению», говорит Свердлоу. В докладе приводятся прочие нарушения, включая непредоставление медицинской помощи и доступа к адвокату, содержание под стражей без права переписываться и общаться непосредственно с родственниками или защитником и произвольное продлении срока тюремного заключения. Срок заключения Мурода Джураева, политического активиста, приговоренного в 1995 году к 12 годам по обвинению в государственной измене, продлевался четыре раза – однажды за то, что «неправильно чистил морковь». В других случаях сроки продлевались за «отказ поднять тяжелый предмет» и «ношение белой рубашки». Дело Джураева – один из пяти рассматриваемых в докладе примеров, когда людей тайно похищали за границей (в случае с Джураевым – в Казахстане), а затем доставляли в Узбекистане и отдавали под суд. Политический активист Мухаммад Бекджанов был похищен в Украине из своей киевской квартиры в 1999 году и приговорен к 13 годам заключения по целому ряду обвинений, включая «посягательство на конституционный строй». Он по-прежнему находится за решеткой, т.к. в 2012 году ему продлили срок еще на 5 лет. «Хьюман Райтс Вотч» призывает Ташкент немедленно освободить всех политзаключенных, принять меры для искоренения пыток, предоставить доступ экспертам ООН и выполнить прочие взятые на себя международные обязательства по защите прав человека. Правозащитная организация также призывает международное сообщество, включая ООН, США и Евросоюз, внести вопрос о несоблюдении прав человека в Узбекистане в свою программу работы и оказывать давление на Ташкент с тем, чтобы обеспечить освобождение политзаключенных и прекратить практику применения пыток, очертив для узбекских властей конкретный список последствий в случае невыполнения ими данных требований. Ташкент ранее продемонстрировал восприимчивость к международному давлению в вопросе о политзаключенных, говорит Свердлоу, и «Каримов может выпустить их всех уже завтра простым росчерком пера». Джоанна Лиллис, "Eurasianet.org", 27 сентября 2014 года http://inozpress.kg/news/view/id/42464